Ёсиюки Дзюнноскэ "Ржавое море" часть 5

Во всю величину полотна в абстрактной манере был изображен невод, а в глубине на ржаво-красном берегу несколько маленьких рыбачьих лодок. В их очертаниях прибавилось ломаных линий. Эти перемены меня заинтриговали.
- Интересно, верно?
- Ты находишь? Меня тоже что-то привлекает. Хозяйка, кстати, не прочь продать полотно хотя бы по цене красок.
- Я бы купил.
- И хорошо бы сделал.
Мы оторвались от картины и вошли в комнату Имано.
- Паренек уже два года в Токио. Работает в спорткомплексе в Синдзюку.
- Вот как, я не знал.
- Служит в какой-то конторе, заведует оформлением. Живет с девчонкой из бара. Хотел вроде с ней расстаться, но что-то там не вышло. Намучился в полную меру.
Я подумал о переменах в ржаво-красном колорите картины.
- Ты ведь любитель таких мест, как этот спорткомплекс. Может, съездим? - предложил Имано. Я поднялся с бамбуковой плетенкой в руках, в ней были сардины.
- Послушай, картина ведь большая, пусть он потом сам тебе ее доставит.
- Да нет, заберу.
С детских лет я обожал всякие увеселительные места для простонародья. Душа моя переполнялась восторгом, когда вокруг било ключом грубоватое веселье. Я любил незатейливые забавы, где вульгарная простота уживалась с новомодными техническими трюками. Рядом с тиром, где стреляли пробками из допотопных ружей, находилось американское электрическое устройство для стрельбы по мишеням, а по соседству с механическим бейсболом сачком ловили золотых рыбок. Если твердым шариком угодить прямо в живот железному черту, он с ревом замахивался палкой, а в раскрытой пасти и в глазах полыхали красные огни.
Имано вышел из конторы вместе с художником. Ежик превратился в длинную шевелюру, а юноша-в молодого человека.
- Твою картину купили.
- Простите, обременил вас.- Грубоватый провинциальный выговор исчез, но "любезной приятности" на городской манер в его речи не было.
Темные глаза задиристо блестели. Я смотрел в них, мысленно сравнивая обе ржаво-красные картины, но пока было не ясно, живут ли еще в его глазах белые гребни волн и сверкающее солнце. Картина была не тяжелой, но громоздкой, в машину она не лезла, пришлось закрепить ее на крыше автомобиля.
Дома она заняла почти всю стену.
Меня навестил друг. Показав ему приобретение, я спросил:
- Ну, что скажешь? Неплохо?
- Гм... Многовато бодрости. Многовато света, многовато мастерства...
-О предыдущей его картине так можно было сказать, а об этой - вряд ли...
- И уж совсем мне не нравится эта сосна.
- Сосна? А где ты видишь сосну?
Приятель с изумлением уставился на меня. Затем, подойдя к картине, он широко очертил пространство на ее поверхности указательным пальцем.
- Постой, разве это не невод? - И в то же мгновение, как я произнес это, часть картины превратилась в сосновый ствол с широко распростертыми ветвями. Ржаво-красный цвет ствола впитал в себя морской ветер и солнце. И нарисовано все было вполне конкретно.
- Невод... А где же невод?
- Нет-нет, сосна! Конечно, сосна!-Я рассмеялся. Что было спорить! В комнату ворвалось живое море, то самое, бурное, на берегу которого стоял припортовый городок.
Сидя на стуле, я попробовал качнуться из стороны в сторону. Ничего неприятного я не ощутил.
Картина показалась мне абстрактной в темном и тесном гостиничном коридоре, дело было вовсе не в интенсивности цвета или в резкости линий. Приятель был прав, от картины действительно пахло морским ветром. Но избытка той силы, которая вызывала у меня нездоровье, в ней не было.
Моря бывают разные. И слиться в одно им трудно. Я вспомнил темные глаза юноши. Конечно же, в них все еще жило сверкающее море.
...Я сидел напротив ржаво-красного моря, и мною исподволь овладевало знакомое беспокойство.

(Перевод Л.Л. Громковской)

 


Поиск по сайту moryamira.ru

НОВОСТИ

Тихий океан

Атлантический океан

Индийский океан

Северный Ледовитый океан

Южный океан

Внутренние моря

Заливы, относимые к морям

Водохранилища

Соленые озера

Современные проблемы морей

 

Рассказы о море:

Ёсиюки Дзюнноскэ "Ржавое море"